Полкило хлеба и горсть горелого пшена: Как работали врачи в оккупированном Калинине

В здание областной больницы упала бомба. Архив музея. Фото: Юлия КРУТОВА

13 октября 1941 года. Все медицинские учреждения Калинина спешно сворачивают работу и эвакуируются. Сотрудников облздрава вместе с документами увезли прямо с дежурства в Кашин. Расположенный вдали от дороги на Москву, он был одним из ближайших безопасных городов. Туда же перевезли и областную клиническую больницу на 200 коек, здесь она будет работать под руководством Василия Успенского. Правда, вместо необходимых 17 врачей в больнице теперь только пять. Кстати, ОКБ из Калинина эвакуировали 11 октября, а в ночь на 12-е в здание попала бомба. Медучреждение тогда располагалось на улице Рыбацкой. Люди не пострадали, но полностью был уничтожен довоенный архив. Рисковали жизнью работники аптечных складов Калинина, эвакуируя медикаменты. Сохранились свидетельства того, что они покидали рабочие места уже после того, как фашисты вошли в город. Пробирались в тыл пешком.

Работающих в тылу медработников становилось все меньше. В июне 1941 года в Калининской области числились: 801 врач, 4807 медсестер, 36 санитарных врачей, 17 эпидемиологов, 146 санботников. В декабре 1941 года на всю область осталось 173 врача, 1319 медсестер, 11 санитарных врачей, 4 эпидемиолога. В Калинине медиков еще меньше. Одни уходят на фронт, другие эвакуируются.

Архивные материалы. Архив музея. Фото: Юлия КРУТОВА

В ПОДВАЛАХ ТЕПЛИЛАСЬ ЖИЗНЬ

Медицинская тема в истории оккупации Калинина довольно противоречивая. После освобождения города многие действующие медработники были арестованы, след некоторых вообще пропал.

Основная часть свидетельств военного времени хранится в тверском Центре документации новейшей истории. Большие папки архивных документов есть также в Музее истории медицины Тверской области ОКБ. Историк, научный сотрудник музея Дарья Зверева давно собирает сведения о медицине периода войны.

Как водится, первым делом в истории про оккупацию Калинина всплывает фамилия Лидии Тихомировой, увековеченная Борисом Полевым в повести «Доктор Вера» (16+).

- Все было похоже, но немного не так, как изобразил Полевой. Он сделал ее главной героиней, а на самом деле она была одной из нескольких врачей, оставшихся в больнице. Что, конечно, не умаляет ее заслуг. Тихомирова сама чувствовала себя неловко от того, что писатель сделал из нее героиню. Считала, что все медработники, рисковавшие жизнью в оккупации, были героями, - поясняет Дарья. - На какое-то время она оказалась в лагере НКВД, попала под следствие, как и другие врачи, работавшие «под немцами». К счастью, ее доброе имя отстояли пациенты. А квартиру, кстати, после войны помог получить Борис Полевой. Сама она для себя ничего не просила.

После массовой эвакуации медицинская помощь осталась лишь в Больничном городке (сейчас 1-я горбольница). Медперсонала - по пальцам пересчитать. В подвалах полно раненых, в том числе и тяжелых. Единственное, что смогли сделать для них, - переодеть в гражданскую одежду, скрыв, что это красноармейцы.

Тихомирова до войны работала в губернской больнице (сейчас 2-я городская), после мобилизации перешла в госпиталь, располагавшийся в здании нынешней гимназии № 6. В день накануне оккупации она бежала домой из госпиталя, чтобы забрать мать и дочь и уехать. Неожиданно узнала, что в подвалах Больничного городка остались раненые. Это изменило ее планы.

Набор инструментов для операция на глазах. Экспозиция музея. Фото: Юлия КРУТОВА

ГЛАВВРАЧОМ СТАЛ ПЛЕННЫЙ

Фашисты, вошедшие в город 14 октября, на базе больницы развернули так называемый «госпиталь для русских военнопленных». Под эту категорию попадали все люди, оставшиеся в городе. Речь не идет о милосердии, просто чистоплотные немцы боялись вспышек эпидемий в городе, считает Дарья Зверева.

Главным врачом был назначен пленный доктор Петр Васильев. Как следует из документов, немцы привезли его с собой. О прошлом доктора ничего не известно, а будущего у него не было. После освобождения города врач, по предположениям очевидцев тех событий, оказался в застенках НКВД как лицо, сотрудничавшее с немецкой властью.

Разрушенное здание Затверецкой больницы. Картина доктора Первухина. Архив музея. Фото: Юлия КРУТОВА

КАК ДОКТОР ПОМОГ ОСВОБОДИТЬ КАЛИНИН

Еще одним врачом, работавшим в Калинине был 70-летний Николай Яковлевич Петров. Широкой публике известно о нем довольно мало. А личностью он был героической. Знал немецкий язык, и это стало причиной того, что наши органы завербовали его как врача-разведчика. До войны Петров работал в кашинском санатории «Тетьково» и был заслан в Калинин именно с этой определенной целью.

В 1972 году вышла книга «Пока бьется сердце» (18+) авторства Ивана Борисова - бывшего секретаря подпольного райкома партии и комиссара партизанского отряда. В ней рассказывается об истории доктора Петрова, вынужденного работать в госпитале для немцев, о душевных терзаниях, которые он испытывал, оперируя врагов. Время от времени, покидая больничные стены, он выходил за город, где передавал нужные сведения о немецких расположениях девушкам-связисткам. После оккупации Калинина маршал Конев писал, что сведения Петрова помогли разработать военную операцию по освобождению города.

Врач-разведчик Петров. Архив музея. Фото: Юлия КРУТОВА

В ОККУПАЦИИ РОДИЛОСЬ 60 ДЕТЕЙ

Еще одно имя, связанное с периодом оккупации, - Вадим Вильгельмович Штемпелин, немец по происхождению. Благодаря ему в Калинине на свет появились 60 детей. Подробную информацию об этом человеке, взятую из архивных источников, впервые опубликовала в свое время журналист Марина Шандарова.

До войны Штемпелин возглавлял роддом № 3, оставаться в оккупированном городе не планировал. Неоднократно обращался в горздрав с просьбой предоставить машину для эвакуации. Он был человеком немолодым, имел престарелую мать и маленькую правнучку. Ему обещали, но что-то пошло не так, и машина горздрава просвистела мимо его дома, не останавливаясь (как он рассказывал позже на допросах в НКВД).

Дом Штемпелина разбомбили, и семья поселилась на улице Школьной, 8/8 (сейчас улица Ефимова). Весь дом населяли медработники, оставшиеся без жилья. Надо было чем-то питаться, и акушер-гинеколог отправился на работу в единственное оставшееся медучреждение: госпиталь для военнопленных. А через пару недель получил указание от горздрава, из Кашина, открыть в Калинине роддом. Это было невыполнимо.

К счастью, в Пролетарском районе нашлось неповрежденное здание постройки XIX века с целыми стеклами и исправными печками. Оно изначально было построено как роддом фабрикантами Морозовыми. Понемногу Штемпелин собрал инструментарий, кровати, а также нашел трех акушерок и двух санитаров. 11 ноября единственный в Калинине роддом открылся. За период оккупации в нем появились на свет 60 детей. Все они выжили.

После освобождения города главврач работал там еще какое-то время. Но 27 января 1942 года его арестовали по статье «измена родине». В архивах сохранились протоколы допросов самого врача и его соседей, коллег, которые отзывались о нем как о достойном человеке. В числе прочих вопросов к соседям был и такой: «Чем питалась семья Штемпелина и много ли у него водилось денег?» Полкило печеного хлеба в сутки и немного горелого пшена раз в пять дней - такова была плата за работу главврача роддома. Другой еды соседи по коммуналке у него не видели. Более того, вспоминали, как он часто говорил: «Что же мы будем есть? Ведь мы же все умрем с голоду».

Допросы шли несколько месяцев. В конце концов следователи признали невиновность гинеколога, и он не сразу, но вышел на свободу. Дальнейшая его судьба неизвестна.

Есть много имен, которые должны остаться в истории оккупации Калинина. Работа каждого из этих людей заслуживает отдельного рассказа.

Музей истории медицины Тверской области работает над созданием депозитария «Лица Победы», собирая сведения о медиках Тверской области. Проект в процессе работы. С ним можно знакомиться здесь.

ВАЖНО

За время оккупации в Калинине все учреждения были частично разрушены. Сильно пострадали областная больница, Заволжская и Затверецкая, роддом № 3, дом младенца, городская санэпидемстанция, детский инфекционный корпус Советской больницы (сейчас больница №2). Медоборудование, лучшие инструменты и рентгеновские аппараты были вывезены в Германию.

Ущерб, нанесенный здравоохранению области, оценивается в 65 миллионов рублей.

Читайте в материале "КП"-Тверь" о начале оккупации Калинина.