
На следующей неделе в Тверском театре юного зрителя представят еще одну премьеру сезона - спектакль «Черная курица» (12+) по мотивам знаменитой повести Антония Погорельского. Той самой, где рассказывается немного мрачная история о взрослении мальчика Алеши, который, проявив милосердие, попадает в мир подземных жителей и сталкивается с искушениями…
Кто ж из нас не читал, ну или не проходил в школе, знаменитую повесть-сказку Погорельского «Черная курица, или Подземные жители». Она была издана в 1829 году, а действие в произведении разворачивается и вовсе в 1780-х в петербургском пансионе, где учится главный герой - мальчик. Анонс спектакля привлекает к себе внимание уже одной своей готичной мрачноватой афишей.

В преддверии премьеры «КП»-Тверь» узнала у автора постановки - нынешнего главрежа Тверского ТЮЗа Юлии Беляевой, что же она увидела в этой истории и почему решила взяться за нее. Начали, впрочем, немного издалека.
- Юлия, вы помните момент, когда у вас возникло желание связать жизнь с театром, стать режиссером? Может, было что-то (или кто-то) определяющее или даже предопределяющее?
- Влюбленность в театр у меня случилась в подростковом возрасте. Я попала в замечательный детский лагерь, где ставили «Бахчисарайский фонтан» Пушкина. Я там не должна была играть, но девочка, исполнявшая роль Заремы, заболела в день показа спектакля. Мы с утра об этом узнали, я пыталась быстро вызубрить ее монологи. Мне казалось, что я всё запомнила, но, когда вышла на сцену играть эту роль, поняла, что в голове - белый лист. Я начала импровизировать, своими словами, как-то что-то сказала. Потом мне говорили, что всё было в порядке, получилось хорошо, никто ничего не заметил. Самое обидное, что потом, на следующий день, этот текст всплыл в моей голове, и я, мне кажется, наизусть его до сих пор помню. Вот этот случай подстегнул, это для меня было невероятно интересно, круто. Это сильно выдернуло меня из моей не самой простой подростковой реальности, где плохо складывалось какое-то общение… А тут передо мной возникли, открылись какие-то чудесные миры, причем я достаточно скоро поняла, что мне интересней смотреть, как они вырастают, чем быть внутри.
Дальше был педколледж, жизнь складывалась так, что я не должна была оказаться в театре, но благодаря семье, поддержке близких я поступила в ГИТИС на курс Леонида Ефимовича Хейфеца (советский и российский театральный режиссер и педагог. - Ред.). Не с первого раза, правда. Сначала с треском провалилась. Но через четыре года все-таки поступила. И я оказалась на курсе среди очень крутых людей. Мне до сих пор кажется, что это просто мегаудача. Уже немало лет моя жизнь связана с театральным искусством. И по-другому я свой путь не представляю.

- Сколько спектаклей вы уже поставили? Сколько из них в нашем ТЮЗе?
- За 40 уже. В Тверском ТЮЗе - «Людвиг XIV и Тутта единственная» (6+) по мотивам произведения Яна Олафа Экхольма про дружбу лисенка Людвига и цыпленка Тутты, а также «Косточку» (6+) по детским мини-рассказам Льва Толстого. И вот сейчас будет «Черная курица».
- Юлия, а можно ли выделить некую смысловую доминанту в «Черной курице», что вас привлекло, почему вы решили, что публика должна увидеть это произведение на сцене ТЮЗа в вашей постановке?
- Отвечу несколько эгоистично, но, думаю, мои коллеги, пусть и не прямо, но в глубине души согласятся со мной. Я ставлю всё равно в первую очередь для себя, решая свои какие-то глобальные вопросы. Конечно же, при этом думаешь о зрителе. Что он придет, что будет диалог, что тот вопрос, что мучает тебя, возможно, отзовется в ком-то еще...
Я с детства несколько мучительно люблю эту сказку Погорельского, с детства она производила на меня тяжелое впечатление, даже, можно сказать, болезненное. Но это потому, что сама сказка экзистенциальная. Она не простая, не очевидная при всей кажущейся морализаторской, нравоучительной линии. Она скорее, на мой взгляд, про теневую сторону любого человека, любого ребенка. Частенько ребенку, да и взрослому, внушают, каким надо быть, и человек подавляет свои желания, даже пусть темные. И особенно это тяжело проживает ребенок, который лишен любви, как мальчик - главный герой этой сказки. Мне кажется, я еще в детстве ощутила эту тотальную нехватку любви главного героя истории Погорельского. Думаю, что воспринимать эту сказку как сугубо нравоучительную - слишком плоский подход. Мне кажется, Погорельский не писал ее как эдакую морализаторскую историю. Для меня в этой истории интересна экзистенциальная тема самоопределения, принятия своей теневой стороны, умения прощать самого себя. И так сложилось, что в нашей постановке нет ни одного чисто положительного персонажа - теневая сторона есть у каждого, и, осознавая ее, принимая ее, проживая ее, можно идти дальше, на следующую ступень самого себя. Как-то так.
- В комментарии к одному из постов на тему грядущей премьеры некая девушка написала, что для нее «Черная курица» - это прям мистический триллер. В анонсе спектакля прописано, что это магический реализм. Поделитесь своими мыслями по этому поводу: тут есть корреляции, пересечения для вас? В вашем спектакле будет место триллеру? И насколько для вас важна мистическая или магическая составляющая этой истории?
- Я уже частично затронула тему про то, что это за история, в предыдущем ответе. Для меня она больше экзистенциальная, чем мистическая или магическая. Весь этот подземный мир, черная курица, подземные жители… Мы взяли такой ракурс, что непонятно, происходит ли это всё в воспаленной фантазии одинокого ребенка или же это такая волшебная сказка. Но мне показалось, что сократить эту историю просто до волшебной сказки будет как будто неточно. Неправильно. Пограничное состояние главного героя, его мечту о любви, о принятии создает этот подземный мир… Мы не делаем на это ракурс, это прям совсем уж прямолинейно, конечно.
- Погорельский написал «Черную курицу» в первой половине 19 века. А вы не пытались эту историю как-то осовременить?
- Мне кажется, этот вопрос некорректный. Я вот сейчас живу, что-то чувствую, мне эта история интересна, хоть и написана в позапрошлом веке. И я думаю, что кто-то чувствует также. Осовременивать обстановку, язык в этой истории, мне показалось, не нужно. Если бы мы поместили главного героя, например, в современную школу, готическая мистическая история Погорельского от этого потеряла бы в очаровании своей атмосферы.
- Я увидел, что вместе с вами над инсценировкой работала Марина Беляева. Это ваша родственница?
- Марина Беляева - это моя сестра. Мы не так давно с ней стали работать вместе. Она больше в сфере кино и анимации. Недавно выпустили спектакль «Винни-Пух или дом на Пуховой опушке» (6+) в Нягони. И мне понравился такой коннект. Найти драматурга непросто. Поэтому я пишу инсценировки часто сама, но порой ищу соавтора. И вот с Мариной у нас как-то получилась творческая взаимосвязь, возможно, потому, что мы сестры, чувствуем друг друга.
- Стоит ли юным, да и взрослым, зрителям предстоящего спектакля в ТЮЗе ждать каких-то сюрпризов, экспериментов на сцене?
- Отвечу так: хочется открытий, творческого диалога со зрителем. Чтобы произошло что-то в душе у каждого зрителя. Сказка сама по себе очень эмоциональная, и надеюсь, у зрителя пульс участится.

Фото: Александр ЖМУЛИН. Перейти в Фотобанк КП