Boom metrics
Общество13 апреля 2011 13:49

В Твери распилили дом с жильцами

Пилы звенели, собаки лаяли, а люди наблюдали молча. Таково решение суда, и с ним не поспорить [эфир радио "КП"]

На улице в поселке Чкалова сплошь коттеджная застройка, между ними непонятно как и почему приклеился одноэтажный облицованный деревянный домик. Сосед, владелец двухэтажного коттеджа, отчего-то продлил свой забор до половины одноэтажного дома, как бы отрезав половину. Ранним утром в среду, 13 апреля, туда приехали судебные приставы-исполнители и строительная бригада. Последние расчехлили пилы и начали самый что ни на есть настоящий распил дома.

Оказалось, что часть одноэтажного строения по каким-то непонятным причинам «заползла» на соседский участок. Купив землю под застройку и отстроив коттедж, сосед обнаружил это обстоятельство и обратился в суд. Суды длились не один год. Итогом стало беспрецедентное решение – распилить по границе соседнего участка, а оставшуюся отгородить перегородкой. Дом в принципе останется пригодным для проживания, правда, сильно усечённым.

Линия распила пройдет по границе забора

Линия распила пройдет по границе забора

Фото: Татьяна РУМЯНЦЕВА. Перейти в Фотобанк КП

- Мы производим эти действия на основании решения суда. Суд обязал устранить препятствие в пользовании участком. Решение прошло кассацию и другие надзорные инстанции, которые оставили его без изменения, - пояснила начальник Пролетарского районного отдела судебных приставов Татьяна Позднякова.

Приставы поясняют, что все беды жильцов распиливаемого дома от того, что строение забыли зарегистрировать. Это дом-призрак, его нет ни в каких учетных документах. Жильцы же уверяют, что прописаны в нем, якобы учетная карточка у них на руках. Но документов на дом всё-таки нет. А вот участок в шесть соток, граничащий с коттеджем, действительно зарегистрирован на них.

Распиливание дома проходило мирно, разве что пес в вольере неподалеку истошно лаял. - Жить теперь в доме нельзя будет. На том месте, что сносят, комната была, - за распилом с улицы наблюдал молодой человек лет двадцати, сын хозяев дома. – Мы там живем. Точнее, жили. Будь у людей документы на дом, всё могло бы быть иначе...